Работа в АйТи компании, особенно в стартапе, только кажется привлекательной. На самом деле она состоит из удовольствия от творчества процентов на двадцать и из кромешного ада, спешки и неясных перспектив на остальные восемьдесят. Женя убеждал себя, что так устроена практически любая работа. Однако эта была, ко всему прочему, еще и очень плохо оплачиваемой.

Душу грела доля в бизнесе, но если этот бизнес не выстрелит, то у него пять процентов от нуля. Поэтому ночью он не спал, а старательно разбирал теорию, чтобы ноль в перспективе превратился во что-то осязаемое. Вот если бы проект взлетел, и компания стала единорогом – получила оценку в миллиард долларов! Тогда он – миллионер. Обеспеченность на всю оставшуюся жизнь, известность.
Но пока что от единорога был только рог, и тот, эфемерно находясь в руках лидера разработки, больно колол Женю в одно место, потому что его код упрямо не хотел работать как следовало. Тестировщики, чтоб им пусто было, нашли какой-то баг, и он потратил почти сутки на выяснение причин его возникновения. Сроки нарушены безбожно.

С тоской он посматривал на шахматную доску, одиноко стоящую на журнальном столике, где оставалась неразрешенной одна новая задачка о мате в три хода. Чем-то напоминало классическую задачу Нильса Хёга, но что-то не складывалось. Вот если бы… А, блин, о чём ты! Работа! Читай! Разбирайся! Он уткнулся в методологию.

- Скажи, у тебя что-то не ладится?
- Что-то?.. Не ладится долбаная классификация чисел с плавающей точкой стандарта IEEE 754! – ответил Женя и ругнулся. И только потом вздрогнул и повернулся. – Кто?..
Позади, разглядывая с любопытством шахматную доску, стоял одетый в странное подобие туники седеющий мужчина с аккуратно постриженной бородой. В руках незнакомец держал палку, похожую на синай – оружие из боевого искусства кендо. Как он сюда попал? Дверь ведь заперта? Окна закрыты? Вор?

- Пробовал пешку двигать? – спросил мужчина и Женя невольно бросил взгляд на фигуры. Он пробовал, это не дает… Стоп, о чем он думает?!
- Ты… Вы… кто? – запинаясь пробормотал Женя, инстинктивно вдавливая себя в ставшее очень неуютным кресло. Ему захотелось резко вскочить, и броситься в сторону двери, но «синай» мог быть очень быстрым, это он знал, занимался в детстве кендо. Надо двигаться медленно. Но иногда не торопиться - это очень сложно и опасно, примерно, как и спешить. Лучше не делать ни того, ни другого, когда ты паникуешь. Только вот невозможно в панике рассуждать здраво. В попытке аккуратно спустить ногу на пол, Женя наступил на Ферзя – его кота, который мирно спал под креслом и спокойно игнорировал чужака в комнате, однако в эту секунду Ферзь взревел, из-за чего Женя дернулся и упал вместе с креслом на пол.

- Ну к чему такая суета? – спросил мужчина, подошел ближе и поднял кресло, после чего протянул Жене руку. Кот жалобно мяукал у двери. Как бы Женя хотел оказаться на его месте! – Меня зовут Визир, но что даст тебе моё имя?
Руку Женя подавать не спешил, напротив, попытался отползти подальше, с тоской глядя на Ферзя. Что вообще делать в такой ситуации? Телефон! Звонок в полицию! Он схватился за карман и осознал, что телефон лежит на столе. Ну как так-то?!

- Мне долго тянуть тебе руку? – «Визир» нагнулся еще сильнее, в голосе сквозило раздражение. Что если пнуть его? Ведь можно сейчас ногой дотянуться до лица… - Не советую! – незнакомец, словно прочтя его мысли, покачал пальцем и указал им на синай.
- Кто ты такой? – Женя повторил вопрос, на этот раз он кричал, надеясь, что кто-то услышит. Но звукоизоляция была хорошей, лишь кот стал орать громче.

Визир поморщился и выпрямился.
- Не хочешь вставать – лежи, орать-то к чему? – выдал он риторический вопрос.
- Кто… - начал снова кричать Женя, но замолк, как только незнакомец приложил палец к губам.
- Тихо, говорю! – произнес тот сурово. – Хочешь навлечь? Что потом будешь делать?
- Что навлечь? – тише произнес Женя.
- Не «что», а «кого». – поучительно сказал Визир. – Мы их называем Стражами, а вы – призраками.

Господи, да это сумасшедший! Никакой не вор! Это объясняет и его одежду, и синай, и имя, столь похожее на звание министра при дворе турецкого султана. Женя улыбнулся, хоть и натянуто. С психами нужно вести себя еще аккуратнее – от вора можно откупиться, можно его напугать, но, если у человека кукуха свистит – он может устроить такое, чего ты никогда не сможешь предсказать. Пожалуй, орать больше не стоит, лучше попытаться как-то тихо выпроводить «гостя». И столь же аккуратно узнать, как он сюда смог войти.

- Не хочешь – не верь мне. – псих нахмурился. – Только вот улыбочки свои оставь. Ничего веселого в ситуации нет.
Женя кивнул. Лучше согласиться.
- Вы не могли бы слегка отойти, чтобы я встал? – максимально вежливо уточнил он.
Вместо ответа псих и правда отошел, усевшись на диван, стоящий у противоположной стены.
- Достаточно? – без доли сарказма спросил он. - Или мне отойти туда, откуда я пришел, и оставить тебя тут одного дожидаться проблем?
- Было бы неплохо, конечно. – Женя встал и украдкой взглянул на телефон. Теперь он мог дотянуться до него в любой момент, но вот быстро позвонить в полицию явно не успел бы.

- Мне кажется, ты ответил не подумав. – вздохнул гость и подложил под спину подушку. - Ты не подумал с первой же фразы, которую мне сказал.
- Да, вы правы. – Женя облокотился на стол, нащупывая ладонью телефон, оказавшийся за спиной. Смог бы он, интересно, нажать вызов экстренной службы, не видя экрана? Непростая задача! – Я не должен был спрашивать, кто вы, я должен был спросить, как вы сюда попали.
- И снова неверно, олух! – псих начинал сердиться. Это плохо. – Когда я спросил, что у тебя не ладится, ты должен был сказать, что у тебя проблема с умом. Ты никак не можешь решить ни одной своей проблемы. Что с работой, что с простейшей шахматной партией. Впрочем, возможно, именно эта проблема и заставляет тебя вести себя столь нелепо.

Ну начинается… Сумасшедший обвиняет его в тупости. Приехали. Крыша у «гостя», похоже, съехала окончательно и бесповоротно.
- Что смотришь на меня как на идиота? – псих снисходительно улыбнулся. – Скажи, у тебя раньше были проблемы с твоим… что ты там делаешь со своей штукой на столе? А с шахматами?
«Штука на столе» - последняя модель ноутбука от фирмы Эппл. Женя покосился на свой компьютер. Штука? Этот псих совсем странный, если не знает, что такое компьютер.
- Это ноутбук. – сообщил он.
- Да мне наплевать. – отмахнулся мужчина. - Ты с ним ведь обычно что-то мозгами делаешь, так? А теперь – не получается.

Вот про «не получается» он угадал. Но причем тут проблема с умом? Тоже, блин, врач нашелся.
- Не получается. – согласился Женя, смирившись и решив поддерживать диалог. – Но мой ум тут ни при чем.
- Как знаешь. – нахмурился псих. - Я уйду. Но тогда ты до конца жизни останешься тупым. Я имею в виду, гораздо тупее, чем даже сейчас. – он кивнул в сторону шахматной доски. - Советую забыть это увлечение, ищи себе что-то попроще.

О, это псих-врач-пророк! Женя улыбнулся, но на душе было тяжело. Погодите…
- То есть ты готов уйти? – спросил он. – А как ты всё-таки пришел?
Мужчина закатил глаза и поднялся с дивана, кряхтя и опираясь на синай.
- Как-как… Через дверь. – при этих словах Визира Женя покосился на дверь.
Однако мужчина поднял синай и ткнул им в воздух правее себя. Женя вздрогнул. В воздухе появилась дверь. Не обычная, а круглая сверху, без какой-либо рамы, на вид из дерева, но слегка прозрачная.

- Что за?.. – он снова перешел на крик.
- Не ори! Стражи! – пригрозил Визир.
- Это что, магия? – Женя шептал, и слышал, как дико бьется сердце. Откуда тут это? Он спит? Он спит! Конечно же, это просто сон. Но разве можно шептать во сне?
Сколько раз он читал в книгах ситуации, в которых кто-то думал: «Это сон». Читал и смеялся. Ну как можно перепутать сон и реальность? Во сне ты никогда не понимаешь, что это сон. Во сне ты вообще не думаешь, там нет сознания! И вот он сам в ситуации, в которой сон – самое очевидное объяснение.

- Тебе проще считать это магией. – согласился Визир. – Ты слишком глуп сейчас, чтобы понять принципы.
- То есть наука? Телепорт? – выдохнул Женя, и протянул руку к двери. Та была далеко, и это, наверняка, выглядело глупо.
- Нет, такого слова я не знаю. – Визир поморщился. – Давай это останется магией, ладно?
Женя кивнул. И правда, какая разница? В его комнате – прозрачная дверь, и некий тип через нее, якобы, пришел.

- Мне уходить? – Визир подошел к двери и приоткрыл ее. За дверью была чернота. Абсолютная. Уже никакой прозрачности. За что дверь цеплялась в отсутствии рамы – было неведомо.
Теперь уже Женя не сомневался в том, что сейчас тот сделает шаг и исчезнет в черноте. Сон ли это? Нет, он, определенно, сейчас критически мыслит.
- Зачем ты пришел, объясни. – попросил он тихо и вздохнул. Так в книгах и фильмах начинаются «приключения», которые, скорее можно назвать «проблемами».

- Помочь тебе. – Визир прикрыл дверь. – Чтобы ты помог мне. Но, если мне понадобится торчать тут вечность, чтобы тебя уговаривать и заставлять поверить, это всё станет бессмысленным. Мне проще будет решать свою проблему без тебя.
Ну вот, он же говорил! Проблема! Ну кто бы сомнева…

В дверь что-то резко ударилось с той стороны. Визир взмахнул синаем и дверь растворилась в воздухе.
- Что это? – уточнил Женя, кивнув в сторону, где была дверь. Стук в закрытую фантомную дверь не предвещал ничего хорошего.
- Не что, а кто! Страж. – Визир вернулся к дивану, и сел на него. – Твой крик привел его к моему пути. Ты знаешь, путь самурая короток, но прям, к сожалению. Ходить от нас к вам через мир Стражей можно только по пути короткому, иначе они перехватят и сожрут. Но короткий путь слишком прямой, его стражи быстро находят, видят непривычную прямоту в своем иррационально кривом мире. Поэтому, всякий раз, как кто-то прокладывает путь к вам, он может привести за собой стражей. Но ты сейчас вряд ли поймешь.

- Так вы – самурай? – Женя присмотрелся внимательнее. Да нет, вроде не очень японская одежда. И обычно самураи были в чем-то вроде средневековой брони. С другой стороны – синай. Японское ведь оружие. Пусть и не такое известное, как катана…
- Да. Я – третий самурай королевства Налль. – торжественно произнес Визир.
- Это вы из японской культуры нахватались? – саркастически подметил Женя.
- Это японская культура нахваталась у нас. – хмыкнул Визир. – Была история с борьбой за трон Налля, проигравший наследник убежал в эту вашу Японию, затаился там. А потом и вовсе остался, добившись власти на острове и воссоздав понятную ему структуру.
Да уж. Да. Уж. Учебники истории и раньше вызывали вопросы, но теперь…

- С чем я должен тебе помочь, третий самурай Налля? – спросил Женя аккуратно.
Визир тяжело вздохнул и внимательно посмотрел на него.
- Ты знаешь… - начал говорить гость и снова вздохнул. - Как бы начать… В общем, магия – раз уж я обещал так это называть – сошла с ума. Что-то не так в нашем королевстве. Всё полетело к чертям.
Он замолк. Женя терпеливо ждал. Хотя чего? Как он мог помочь решить вопрос с магией-то? Тем более, если магия – не магия, а что-то, чего он со своим «отсутствующим умом» не в состоянии понять?

- В общем, в ткани мироздания случился какой-то казус, из-за чего стали происходить нелепые и невозможные вещи. – продолжил Визир после паузы. - Сначала никто не замечал, жалобы крестьян, купцов, даже отдельной знати оставались без внимания, в конце концов, проще было счесть, что они просто врут или перепили вина. Но дней двадцать назад на кухне короля таинственно пропали макароны, начали искать. Сам понимаешь, воровать макароны – нелепое преступление. Но именно воровство стали рассматривать. Допросили всех. Последним был поваренок, которого особо никто и не знал, но следователь, который его допрашивал, клянется, что прямо на его глазах тот превратился в мешок с макаронами. Тот самый мешок, который исчез.

- Человек? В макароны? – нет, Женя, конечно, читал в сказках, что волшебство способно превращать человека в лягушку или в монстра. Но чтобы в мешок с макаронами!
- Да, в макароны. – кивнул Визир. - Следователю, очевидно, никто не поверил, но тот божился и орал как сумасшедший, просил забрать его с этой работы. В итоге вызвали самураев, всё же дело-то королевское… Отправили меня. Я взял двоих своих подсамуров, и мы стали всё там изучать. И этот мешок… Он был настоящим. Тем самым мешком, которым должен был быть. Но от него шла путаная подструктурная… нет, давай всё-таки проще: магическая нить. Не поле, как обычно, когда воздействует… хмм… магия. В общем, мы стали искать, куда нить ведет. И через два дня обнаружили, что она переплетается в клубок… в твоей голове.

- Что? – Женя схватился за голову.
- Да, что-то, засевшее в твоей голове, высасывающее энергию, творит непонятное в нашем королевстве. И вот я здесь. Скажи мне, ты последнее время не думал о макаронах?
Женя напрягся. Казалось, что-то не дает ему вспомнить. Скорее всего то, что о таких вещах обычно не думаешь. Но всё же, что-то он вспомнил.
- В понедельник… Да, в понедельник я варил макароны, делал пасту карбонару с беконом. Еще хвалил себя, какой я повар хороший. А два дня назад выкинул остатки. Забыл убрать в холодильник, и мне показалось, что они стали пованивать.

Визир поспешно подошел к нему и схватил его рукой за подбородок, внимательно вглядываясь в глаза, словно пытаясь увидеть там свой клубок из… подструктурных нитей.
- Не врешь? – спросил он строго. – Прямо так всё и было?
Женя кивнул, не вырывая подбородка из руки самурая. Ощущение было странным. Нелепый гость. Магия. Призраки. Клубок из макарон. Тьфу, то есть из каких-то нитей. Что происходит?

Визир отпустил его и выпрямился.
- Похоже, всё сложнее, чем я думал. – сказал он. - Это не просто случайность. В тебе что-то есть, что-то… магическое, скажем для простоты. И эта сущность, чем бы она ни была, пытается через тебя уничтожить весь мой мир, захватывая твое сознание.
- Ты – волшебник, Гарри. – прошептал Женя.
Визир покосился на него, но никак не прокомментировал. Он стоял и над чем-то размышлял.
- Сейчас ты должен решить – пойдешь ли ты со мной. – голос самурая был тверд. – Это опасно, но, судя по всему, оставаться здесь для тебя еще опаснее.

- А что будет с вами, если я не пойду? – уточнил Женя. Конечно, этот вопрос волновал его в последнюю очередь, но нужно было понять, насколько чиста мотивация гостя.
- Не знаю. – вздохнул Визир. – Такого на моей памяти не случалось. Чтобы самурай родился здесь.
Понятно. Письмо из Хогвартса. Поздравляю, все дела. И да, у тебя проблемы, Гарри.
- Мой кот. – Женя указал рукой на Ферзя, который уже смирился, что дверь ему не откроют, забился под кухонный шкаф и там тихо и обиженно лежал. – Его нельзя оставлять, если со мной что-то случится…

- Возьмем. – кивнул Визир. – Доставай кота, оденься, мы отправляемся…
- … в длинный и опасный путь! – закончил фразу Женя и пошел к двери в спальню, чтобы натянуть джинсы вместо домашних треников и худи поверх футболки. Студия с одной крохотной спальней – берлога холостяка. Комната, в которой они находились, служила и кухней, и залом, и рабочим кабинетом.
- В короткий путь, не в длинный! – поправил его вдогонку самурай. – Но опасный, это правда.
Наскоро напялив одежду, Женя задумался, где же была переноска для кота. Он ее покупал, это точно. Возил Ферзя на прививки, и, летом, брал с собой к родителям. Точно, разобранная, та лежит под кроватью. Достав переноску, он сдул с нее пыль и чихнул. Неужто так давно здесь не пылесосил?

- Что с тобой? – раздался тревожный голос.
- Чихнул. Пыль. – объяснил Женя и вернулся в зал.
- Странно. – Визир задумался. – Никогда не слышал ни такого звука, ни такого слова.
- Вы не чихаете? – Женя был удивлен. Вот это да. – Даже если простынете?
- Даже если что? – уточнил Визир.
Да, это его королевство начинало всё больше нравиться Жене. Там, судя по всему, люди попросту не болеют.

- Так, ладно. – Визир потер руками, потом опустил взгляд Жене на ноги. – Обуешься, или босиком пойдешь?
- А, черт! – Женя понял, что даже носки не надел. – Обуюсь, конечно.
Он снова метнулся в спальню, выбрал пару новых носков на «особый случай», оторвал этикетку, натянул, так же быстро вернулся и обулся в более-менее чистые кроссовки.
- Ферзь, кис-кис! – стал он подманивать кота. - Ферзь, кушать! – присел на корточки и стал заглядывать под шкаф.
Позади раздалось мяуканье. Массовое, тихое и писклявое, словно прошел дождь из котят.
- Ну ничего себе! – следом догнал его изумленный возглас Визира в тот момент, когда Женя уже оборачивался.

И тут он упал, прямо на собственный зад. То, что творилось в комнате, было гораздо, гораздо более удивительным, чем Визир, его дверь и его рассказы!
На шахматной доске вместо фигур сидели и бродили маленькие черные и белые коты. Крошечные, как и сами фигуры. Они смотрели то друг на друга, то на него, то на Визира, застывшего с восхищенным и испуганным лицом одновременно.
- Это что? Это как? – промямлил Женя.
- Ты мне ответь. – отозвался Визир. – Это не я сделал. Это ты. Да я бы так и не смог. О такой… магии… я ничего не знаю, в нашем королевстве это не нормально. Живое в неживое и обратно обратить нельзя.

Женя вспомнил историю про поваренка и мешок макарон. Неужели он настолько могуч?
На мяуканье из-под шкафа вылез-таки Ферзь и стал подкрадываться к журнальному столику. Один прыжок, и он на нем. Шахматные котики испуганно хлопали глазами и жалобно вжались в доску. Разбегаться не торопились.
- Ферзь, брысь, брысь! – крикнул Женя. Кот, нехотя, спрыгнул вниз и замер, принюхиваясь к новым жильцам. – Как это исправить, Визир?
- Не. Кричи. – ответил тот, и тут лицо его просветлело. – Лучше подумай о том, чтобы дать коту новое имя. Кажется, дело в том, что ты его назвал шахматной фигурой.

«…Ну и имя ты дал котенку, Жень! Нет бы, как все, назвал его Барсиком или Рыжиком!..» - говорила ему мама, когда он прислал ей имя питомца.
- Барсик. Теперь ты – Барсик! – Женя прищурил глаза. Так, отныне кота зовут – Барсик.
Кот обиженно посмотрел на него. Или так показалось? Зато маленькие, испуганные котики на доске стали разбредаться по клеткам и с негромким «Мяу» превращаться обратно. Кто в короля, кто в ладью, кто в пешку.

- Гляди-ка! – изумился Визир. - Еще и расставились правильно! Ты – могучий самурай. Думал позвать тебя в подсамуры, а тут, кажется, придется самому у тебя учиться.
Ферзь, а точнее Барсик, привстал за задние лапы и стал обнюхивать фигуры. Выглядел крайне разочарованным. Женя поднял его и опустил в стоящую рядом переноску. Кот не сопротивлялся.

- Самое странное в этом то, что в твоем мире подобного вообще не должно происходить. – задумчиво произнес Визир, глядя на кота, спокойно улегшегося на дно переноски. - Всё, на что способен самурай тут – открыть дверь обратно. У вас в мире попросту нет… магии.
- Получается, теперь есть. – сказал Женя.
- Что ж. Оставим это на потом. – рассудил Визир и снова ткнул синаем в пространство возле дивана. Появилась дверь. – Теперь быстро пошли, пока Стражи не заметили дверь.

Женя кивнул и, взяв переноску в правую руку, шагнул к двери. Страшно. Визир открыл ее, и эта чернота манила и пугала до чертиков одновременно.
- Там темно? – спросил он.
- Там Никак. – ответил самурай. – Пошли, ты первый.

Шаг, еще один, последний и он переступил порог и обернулся. Следом шел Визир, позади которого, в рамке из тьмы была его квартира. Дверь закрылась.
- Просто иди, не останавливайся. – сказал Визир. – Стражи сейчас почуют нас.
Кот заерзал в переноске. Кто там говорил, что коты отлично чувствуют привидений?
- А куда идти? – тихо прошептал Женя.
- Неважно, Путь прямой, куда бы ты ни шел. – ответил Визир. – Шагай быстрее.

И Женя зашагал. Вокруг и правда было не темно, не светло, было никак. Он ничего не видел, ничего не ощущал, но это было не отсутствие света, это было отсутствие всего.
- Я не дышу! – изумился Женя. – А как же я говорю?
- Ты и не говоришь. – раздался голос, и только тут Женя подметил, что тот был не в ушах, а в его голове. – Давай, мы уже рядом с выходом. Путь короткий.

Кот начал дергаться сильнее. Казалось, что он орет, просто не умеет так «не говорить», как человек. Тише, Ферзь… Барсик! Тише. Спокойнее.

В ничто показались какие-то образы. Они были сотканы из ничего, но являлись чем-то ощутимым. Чем-то живым и неживым одновременно.
- Это… стражи? – спросил Женя. Стало гораздо страшнее.
- Да. Они держат равновесие между мирами. Постоянно поедая то, до чего доберутся, стражи не дают мирам сойтись. – ответил Визир. – Пока они есть, мы в безопасности. А из-за того, что… магии… в твоем мире нет, а в королевстве Налль есть – возникает напряжение, притягивающее их. Ну, вот мы и пришли.

Женя ударился в деревянную дверь, которой не было в Нигде, и дверь открылась. Открылась со скрипом.

Они прошли в какую-то круглую, сложенную из камней комнатку с маленьким окошком, за которым светило солнце. Пахло вином и тухлым сыром. На полу возле другой, уже обычной двери, дрых мужчина, видимо, стражник или охранник в металлических латах с мечом у пояса. Войдя следом за Женей, Визир резко закрыл дверь и та исчезла раньше, чем в нее начали ударяться Стражи.
Охранник был в стельку пьян и не проснулся от хлопнувшей двери.

- Где мы? – тихо спросил Женя, морща нос.
Визир подошел к пьянице и слегка пнул того в бок. Мужчина лишь всхрапнул и перекатился на другой бок.
- Мы в башне перехода. – сообщил самурай. – А этот идиот должен был охранять, чтобы сюда никто не вошел, пока я у тебя.

Судя по тону, охраннику был гарантирован не только выговор. Как он вообще решился напиться, да и как успел так быстро?
- Тебя не было-то полчаса от силы. – подметил Женя. - Когда он успел?
- Время течет иначе в наших мирах. Пока у тебя проходит час, тут проходит десять. Так что он здесь часов пять… пьянствовал. – хмуро пробормотал его спутник. - Пошли, с ним я разберусь позже.
Он открыл совершенно обычную, но такую же деревянную и полукруглую дверь, ведущую наружу. Яркий свет залил помещение. Охранник что-то промямлил и отвернулся. Женя переступил через него и вышел из башни.

После ночной квартиры, тьмы перехода и полутьмы башенки, солнечный свет резал глаза до боли. Он прикрыл глаза ладонью левой руки и осмотрелся. Средневековый город, как из компьютерных игр или фильмов. Замок, стены, какие-то телеги, запряженные лениво поцокивающими по мостовой лошадками. Фонтан, возле которого бегала шаловливая детвора, обливающая друг друга водой. Это был красивый мир.

- Добро пожаловать в Налль. – сообщил Визир. – Твой новый дом.
Этого Женя еще не решил. Там у него родители, друзья, работа… в конце концов, может его мозг «починят», он допишет код, и компания станет тем самым единорогом. А что тут? Магия, лошади, отсутствие болезней. Яркое солнце. Можно сказать, что пока что он не дорос до подобного.
- А! Что? А! – раздался крик. Женя обернулся. Какой-то извозчик, судя по всему, упал с телеги, на которой восседал и со страхом указывал всем проходящим на своего коня. Нет, не на коня… На белого, ослепительно чистого… единорога.

- Да что же это такое! – Женя задрал голову вверх, к солнцу. – Я вообще ни о чем не могу подумать, чтобы это каким-нибудь боком не вышло? Лошадь, лошадь, лошадь! Никаких единорогов!
- Ой! Три! Теперь три! – завопили в толпе. Женя повернулся к незадачливому вознице. В его телегу было вплетено уже трое коней. Белый, черный и рыжий, совсем как Фер… Барсик. Нет, не думай, не думай о коте, а то сейчас…

Пшик.

Рыжий конь дернулся и превратился в кота. Огромного, размером с лошадь и всё еще запряженного в телегу. Женя бросил взгляд на переноску. Барсика в ней не было.
Толпа орала, смеялась, гоготала. Барсик, ставший огромным, лапой, аккуратно потрогал соседнюю лошадь, которая от такого соседства сошла с ума, сорвалась и умчала прочь. Второй конь, черный, упал в обморок. Вы когда-нибудь видели, как падает в обморок лошадь?

- Барсик! Ты кот! Кот нормального размера! Сидящий в моей переноске! – крикнул Женя, и послушный Барсик уменьшился, исчез с места преступления и вновь появился в переноске. В его глазах горел бешеный азарт, он с любопытством смотрел сквозь прутья на лежащую на мостовой лошадь, как на свою несостоявшуюся добычу.

- Тебе стоит быть осторожнее, пока мы не распутаем клубок и не вытащим то, что его сплело. – подметил Визир.
- Здесь всегда так солнечно? – вздохнул Женя. - Просто до боли!
- Это после перехода всегда такой эффект. Привыкнешь, самурай. – ответил спутник. – Пойдем.
Он потащил Женю по улице подальше от башни и взволнованной толпы. Тут было не только солнечно, но и жарко. Худи пришлось снять и сунуть в переноску, что было благостно воспринято котом.
- Так я уже самурай? – уточнил Женя у Визира. – Настоящий?
- Да. Просто пока ты не научился контролировать свою силу. Попробуй пока что, создай что-то безобидное.

Женя задумался. Что он мог создать? В такую жару неплохо было бы пивка. Вот в эту самую, свободную от переноски руку.
Пшик. Кружка пенного была зажата в его руке. Женя отхлебнул. Пиво было теплым. Что ж такое-то, а? Пусть он станет холоднее.

Кружка, мгновенно покрывшаяся льдом, выскользнула из его руки и разбилась о мостовую. Пиво тоже разбилось.
- Старайся лучше, самурай. – аккуратно обходя разбитое стекло, сказал Визир. Потом указал пальцем на кружку. – Соберись.

Стекло поднялось в воздух и склеилось обратно, после чего с мостовой собралось пиво, уже начавшее таять на нагретых камнях, и залилось обратно в посуду, где растаяло и снова стало пенным напитком.
- Держи. – сообщил Визир, и кружка плавно проследовала в руку к Жене.
Так, хорошо. Магия как есть. Можно же попробовать охладить, но не так сильно? Чтобы было градусов пять…
На кружке выступил конденсат. Женя потрогал стекло. Холодное. Он отхлебнул, аккуратно. Да, это было замечательное пиво!

- Молодец! – Визир похвалил его. – Ты учишься, и очень быстро. У подсамуров обычно год или два уходит на то, чтобы создавать себе бесплатное пиво, да еще и холодное. Если дело не в том, что засело в твоей голове, то ты – великий самурай. Идем дальше, нам нужно в самурхол – твердыню самураев.

Женя улыбнулся и на ходу снова отпил глоток пива. Кот мяукнул. Прости, тебе пива нельзя.
Солнце продолжало светить, пиво от жары помогло, но глазам легче не стало. Нужны солнечные очки, это точно! Пшик. На его глазах оказались очки. Стало приятнее. Но не до конца. И что ж ты так слепишь-то, а? Вот бы выкрутить тебя, как лампочку, черт возьми!
- Великий самурай! – восхитился Визир, покачивая головой.

Женя и правда почувствовал себя великим. Он так вырос в своих глазах, что пригнулся, чтобы не зацепиться за солнце. Черт побери! Он вырос не в своих глазах, вырос в буквальном смысле! Он стоял на крошечной планетке, потрескивающей под его ногами, а солнце висело рядом, вкрученное в патрон. Казалось – протяни руку и выкрути его.

- Назад! Всё назад! Не хочу выкручивать! Обычный рост! И исправь всё, что я раздавил! – заорал Женя и упал на мостовую, расплескав пиво и уронив переноску.
- Ты… это… прекращай. – с опаской, держась за сердце, пробормотал Визир. – Не знаю, что ты там затеял, но лучше нам поспешить. Твои силы растут. Вон вход в замок.

Женя молча кивнул и встал. Впереди и правда виднелись ворота, а из-за высоких деревьев показались башенки замка.
Войдя внутрь, они тут же оказались окруженными другими самураями. Это было понятно по их одеждам и синаям. Мужчины суетились вокруг Жени, задавали вопросы Визиру.
- Почему я вас понимаю, кстати? – спросил он.
- Это мелочь, для самурая нет таких проблем. Ты раньше испытывал трудности с языками? – уточнил один из самых старых самураев.
Женя подумал было, что трудно было си плюс плюс изучать, но сдержался. Не хватало только, чтобы они сейчас начали говорить на языке программирования. Нет, не надо. Не надо. Он просто помотал головой.

Ворох рук стал мелькать вокруг его головы.
- Мы вытягиваем нити. – сообщил Визир. – Один я бы не справился, а так…
Женя и правда чувствовал, что из него что-то тянут. Кот жалобно мяукал. Терпи. Скоро всё закончится, займемся тобой.
Но кот не успокаивался. Начал дергаться в переноске, и Визир, выхватив ее из Жениной руки, поставил на мостовую. Кота это, очевидно, не удовлетворило. Он орал и глядел в глаза хозяина. Но глядел, как Жене показалось, не так, будто просил защиты, или чего-то вроде того. Напротив, он словно сам вырывался, чтобы Женю защитить.

- Причудливое сечение…
- Куда ведет, ты посмотри! Помнишь того купца?..
- Отойди, запутаемся…
Голоса самураев звучали словно песня, словно молитва, словно журчание ручья, их руки мелькали, а глаза выглядели то заинтересованными, то озабоченными, то испуганными.

- Нашел! – воскликнул один из них, низенький, с седой бородкой. – Вот первая из нитей!
- Что значит «первая»? – уточнил Женя. – Это хорошо?
- Это плохо. – пояснил Визир, пока седобородый аккуратно тянул невидимую нить из Жениной головы. – Первая нить имеет другую природу. Она ведет не от тебя, она ведет к тебе.

Что это значило, Женя не понял. Но ему стало казаться, что в его голове проясняется, словно «ум», в отсутствие которого он не верил, стал возвращаться. Да, да, там просто надо из пешки сделать коня, а не ферзя! Это же очевидно! Мысль ворвалась в его голову. И тут же еще одна:
- Так если она ведет ко мне, тянуть ее надо с другой стороны! – воскликнул он и все замерли. Наконец седой самурай, эту нить «державший», просиял.
- Дело говоришь! – кивнул он, развернулся, и стал наматывать на локоть невидимую подструктурную эфирную связь. Ох, неужели Женя начал это понимать?

И тут седой замер. Дернул. Раздался звон. Не звуком, а словно в голове. Как будто по этой самой нити что-то передалось в мозг.
- Она ведет внесюда. – сообщил самурай и грохнулся на задницу. Видимо, от изумления.
- Вне куда? – тихо спросил Женя.
- Внесюда. – ответил Визир. – Есть два наших мира. Твой – с квантовой надструктурой, а наш – с эфирной подструктурой. Они противоположны и притягиваются. Есть граница – мир Стражей, сдерживающий слияние. А есть… есть нечто за пределами всего этого. Оно сдавливает, оно пытается добиться слияния миров, пытается…

- Нет. – перебил его Женя, вдруг всё осознав. - Оно пытается не слить их воедино, а уничтожить. Это нечто через меня сосет… пусть будет «магию» в мой мир, чтобы разрушить оба мира, убрав между ними баланс.
- Великий самурай… - прошептал седой, поднимаясь с мостовой.

Женя улыбнулся. Он начинал понимать. Эфир в его голове занял правильные места, и «магия» начала работать упорядоченно. И вот он видит хитрую паутину нитей, и ту самую, первую. Пусть она будет красной, решил он. И она стала красной. Резким рывком Женя выдернул ее из своей головы.
На конце нити болталось нечто. Мелкое, бесформенное, серое. Кот заорал.
- Это не мышь, Ферзь. – сказал Женя. Теперь кот мог получить назад свое славное имя. Хотя, почему бы не мышь?

Мышь в его руках пищала, и тут кот выскочил из переноски. Мгновение назад он сидел внутри, драл лапками решетку. Наверняка, она поддалась, и запирающая спица выскочила из отверстия «замка».
Мощным прыжком Ферзь подлетел в воздух и обрушил удар лапы на «мышь», оторвав ее от красной нити и уронив вниз. После чего упал сверху и стал терзать.

- Ферзь, брысь! Брысь! – Женя напрягся. Пусть эта мышь станет человеком. Это ведь в его власти?
Кот, сидящий на невнятного вида сероватом человечке в идиотском халате, не обращал внимания на метаморфозу последнего и продолжал бить его лапами по лицу.

Женя наклонился и, схватив Ферзя, с трудом запихал его обратно в переноску. Тот моментально успокоился и победно глядел на чужака.
- И кто ты такой? – спросил Визир у человечка.
- Не помню. – ответил тот.
- Как ты попал в его голову?
- Видимо, пришел по ней. – человечек указал на обрывок красной нити, сел и почесал затылок. Совсем по-человечески, хотя, Женя был готов поспорить, что раньше он был кем угодно, но не человеком.

- И зачем же ты пришел в мою голову? – спросил он.
Человечек повернулся к нему, посмотрел на голову, словно соизмеряя свои и головы размеры, потом снова глянул на нить и пожал плечами:
- Зачем приходил - не помню, но помню, что ушел, когда морду набили. Или, наоборот, морду набили, когда ушел. – человечек с недовольной миной посмотрел на кота в переноске. Ферзь, напротив, выглядел довольным, словно получив признание собственных заслуг.

- Я не помню ничего… - заныл человечек. – Вы оборвали связь, не помню. Кто я, откуда, зачем…
- И что же нам с тобой делать?.. – пробормотал седобородый самурай, ходящий вокруг того по кругу. – Для начала, видимо, надо тебя изолировать.
- Согласен, первый самурай Тар. – пробормотал Визир. Ого, этот дедушка – великий волшебник! То есть, самурай. Как к подобному привыкнуть вообще?

Тар махнул рукой и четверо молодых парней налетели на серого человечка, подняли его и куда-то повели.
- Что с ним будет? – спросил Женя.
- Время рассудит… - философски подметил Тар. - Важнее, что будет с тобой.
Женя сглотнул. А какие варианты?

- В его голове много эфира осталось. – заметил Визир. Женя кивнул, он это знал и сам.
- Да, он теперь сильнее любого из нас. А значит… - начал Тар и замолчал. Выглядел он нервным. Словно только что перестал быть тимлидом из-за того, что к команде разработчиков присоединился новый сильный разработчик.

Женя понимал. Значит, ему нельзя домой. Только навещать. А еще он прочувствовал этот мир, он был как на ладони. Огромный, неизведанный, полный тайн. Где-то там, за хребтом – царство драконов. Вдали, за морем, он почуял вибрации ударов – кто-то ковал. Гномы? Под массой воды высились строения подводных тритонов. В степи на северном материке поднималась юная цивилизация кентавров – упорядоченный в ритуальном танце топот их копыт был прекрасно различим. Лишь небольшой клочок суши населен людьми, и люди эти такие же, как дома – кто-то богат, кто-то беден, кто-то умен, кто-то глуп. Кто-то счастлив, кто-то нет.

- Я не стану самураем. – сообщил он. Визир выглядел удивленным и разочарованным, а Тар, казалось, вздохнул с облегчением. – Я буду исследовать мир, путешествовать. Кажется, я поймал своего единорога.

Он посмотрел на непонимающих его людей.
- Вы не поймете. – отмахнулся он. – Где-то на краю города я создам себе… пусть башню. Назову ее… «Орден Единорога». Буду там жить, уходя в неведомое и возвращаясь с новыми знаниями. Именно это сделает меня счастливым.
Визир попытался дотронуться до его головы, словно проверяя, не перегрелся ли Женя на солнце.
- С умом моим всё уже в полном порядке, третий самурай Налля. – улыбнулся Женя.
- Но разве счастье может быть в жизни отшельника? – спросил Визир. – Стезя самурая не лучше?
- А разве для счастья есть рецепт? – вопросом на вопрос ответил Женя. – Каждый сам решает, что ему нужно для счастья. И я всегда буду готов людям в этом помочь. Бесплатно.

Он поднял переноску, открыл ее, и Ферзь вылез ему на руки.
- Ну что, ты теперь счастлив? – спросил Женя у кота. Тот прижался к плечу хозяина и замурчал. – Вот как мало для счастья надо, видите?

Повернувшись спиной к растерянным «волшебникам», Женя проследовал к выходу из двора твердыни. За стеной шла размеренная жизнь, люди ходили туда-сюда, проезжали телеги и экипажи. Лошади отмахивались хвостами от мух, а возницы прятали голову от палящего солнца. Тут ведь всегда лето, так ведь? Нет болезней, нет зимы, нет технологий. Но и счастья у многих людей нет.
А у него есть всевластие, мощь, которая была дана случайно, волею судьбы. Он уже понял, что никаким самураем рожден не был, что вся его сила дарована ему тем серым невзрачным комочком, ставшим попутно причиной столь многих казусов и… несчастий. И эту силу он может потратить не только на себя, это ведь скучно…


…За час он проследовал к краю города, наблюдая одно и то же – людей. Простых и знатных. Голодных и веселых. Пеших и конных. Город был большой, никакой крепостной стены вокруг не было, просто кончались дома и начинались поля.

Здесь.

Он пожелал, и возникла башня в четыре этажа, которую венчал герб с единорогом. На двери было написано «Если вам нужно счастье – стучите». Женя открыл дверь и пустил туда Ферзя. Примета такая. Пусть освоится.

Всё было так, как он любил. Просто, без лишнего пафоса. Приемная зала, пусть будет так. Пара диванчиков, рабочий стол. Компьютер, увы, тут работать не будет. Но ведь он что-нибудь придумает? Главное, тут было прохладно.

Снаружи послышались голоса. Люди обступали новое строение. Он улыбнулся. Любопытные? Отлично. Ему есть, что им показать.
- В очередь становитесь, господин…
- Я раньше подошел…
- Кто последний за счастьем?..
Тук-тук.
- Открыто. – сказал Женя, садясь на диван.