Всегда страшно находиться в комнате одновременно с де-коном и матил-коном. Ближайшие родственники ненавидят друг друга больше, чем кто-либо другой может ненавидеть чужое состомагие.
- Ленвар, уходим. – тихо произнес Тойр-Куа, как только милая улыбка на харе вошедшего де-кона сменилась яростью.
- А заплатить? – я был солидарен, но бармен был стиллом, эти не прощают попытки прикрытия жадности трусостью. Да, стилл на нашем месте скорее погиб бы, чем свалил прочь, не ответив по счёту.

Тойр-Куа расстегнул живот, достал мешочек. Ну, конечно. Разумно, всё с собой. Из мешочка была извлечена и брошена на стол сильевая монета. Щедро. Раза в три больше, чем мы наели.
Ждать сдачи мы не стали, выскочили прямо через кухню. И были в этом не одиноки.
- Дерутся? – спрашивал молодой барр у своих. Те кивали. Дружно, как и положено. Из помещения и правда раздавались глухие удары, перемежаемые звоном битой посуды и воплями кого-то из персонала. Протяжное «Нн-ниа» хозяина-стилла, низкий «Уэээй» ленгов – судя по всему, это вопил повар, рычащий глухой «Морр» достиа – трактир «Седьмая ша и пьяный монт» славился сильной состотерпимостью.

Раздался торжествующий крик «Выыз», но де-коны и матил-коны кричат одинаково, трудно понять, кто победил.
- Думаю, это Синматрог, ставлю на него. – пробормотал одноглазый трехногий ленг, судя по медальной ленте, вплетенной в гриву, потерявший почти все глаза и одну ногу на какой-то войне. – Этот де-кон не понимает, на кого нарвался. Синматрог – победитель уличных боев.
Вот как. Кто мог подумать, что тихий скромный матил-кон, попивающий неччу в углу, является грозным бойцом. Вообще при их росте это возможно, но обычно что де-коны, что матил-коны не опускаются до драк с кем-либо, кроме представителей друг друга. А уж чтобы участвовать в уличных боях за деньги! Невероятно.

- Я бы не хотел выяснять, кто победил. – пробормотал под моим ухом Тойр-Куа. Понимаю.
- Давай пойдем к Нуку. У него потише. – предложил я.

«Трактир Нук», который старый фисс Нук держал вот уже лет полтораста, был не таким популярным местом, находился чуть дальше от тракта и потому, строго говоря, трактиром не являлся, был простой забегаловкой для местных. Однако гордое название было выкрашено вот уже, наверное, десятый раз на выцветшей древесине, и хозяин клялся, что во времена его молодости тракт на Говинну проходил ровно здесь. Может быть, и так, хотя непонятно, с чего вдруг тракт сместился на добрый филк к югу.

- Уверен, Синматрог побил дурака, которому не повезло зайти к Вай-Ко. – одноглазый ленг что-то внушал молодому барру. Тот, словно спрашивая разрешения слушать, постоянно глядел на своих старших, кучкой сидящих рядом. Удивительное, конечно, состомагие – барры. Как они умудряются создавать такие ячейки? И как выживают в мире?

Я пил простую воду, подкрашенную слегка ароматными травами. Ничего с корнем Луа или орехами Неч не хотелось. А вот Тойр-Куа, кажется, напился. Таков был его план на вечер.
- Мы же с тобой не виделись доброе лето. – скулил он, хлопая ушами, как умеют только свеши. – И как я рад тебя увидеть, даже драка не омрачает. Но вот то, что ты не пьешь…

Понимаю его, но у меня был тяжелый день. Я лишь виновато улыбнулся, сам осознавая, какой натянутой вышла улыбка.
- Скажи лучше, Тойр, ты не задумывался, почему они так похожи? – спросил я.
- Кто? – тот обернулся, оглядывая закопченное, задымленное и загаженное заведение. Сморщился. Свеши не любят старины, он сам бы сюда ни в жизнь не пошел.

- Ну, эти двое – де-кон и матил-кон. – пояснил я, чем заставил друга прихлопнуть свои ушли четырьмя руками. – Нет, правда, почему? Я лично видел полсотни состомагий в одном только Милете, и все имеют свои особенности. Вот легги – быстры и зорки, они охотники от природы. Вы, свеши, аккуратны и педантичны – идеальные финансисты и торговцы, никто лучше вас не распланирует траты и доходы. Барры – судьи, никто так взвешенно не рассуждает…

- Да я понял, к чему ты клонишь, - отмахнулся Тойр-Куа. – Дескать каждое состомагие имеет нишу, и потому в ней существует. Кирлы летают, завуа – читают мысли, достиа – умеют лечить своей слюной. И только де-коны и матил-коны заняли одну нишу, при этом так похожи, но ни одно из их состомагий не вырождается в другое. Ты же это имел в виду?

Да, это. Я кивнул. Отхлебнул воды, чем заставил Тойра сморщить лоб и нос.
- Я аккуратный, Ленвар, ты прав. – продолжил пьяным голосом тот, - А это значит, что я не забиваю голову тем, что не может быть полезным.

Обидно слышать. Ходили слухи, что свеши не умеют дружить, если дружба не несет пользы. Когда-то давно я решил закрыть на это глаза – если я «полезен», ну и ладно.
- Так вот, это не ко мне вопрос. Спросить надо у кого-то умного, кого-то, обладающего знаниями.

Обладающий знаниями вошел, скрипнув дверью. Умный и жестокий де-кон второй раз за вечер появился там, где были мы. Его бело-розовая кожа, столь необычная для состомагий, была в красной крови его противника. За столиком, где расположилась странная компания легга с баррами, раздался раздосадованный кряк одноглазого, только что уверявшего своих собутыльников в очевидной победе матил-кона.

Де-кон ровно дышал, словно только что кто-то другой выдержал схватку. С высоты своего роста он оглядел «трактир» и разочарованно убедился, что в маленьком зале были заняты все шесть видавших виды столиков. Победитель стал смотреть в лица, морды и хари гостей, но все отводили глаза. Только я почему-то смотрел прямо на него. Магия, раствори! Но нет, поздно. Он заметил мой взгляд и как-то быстро оказался рядом, буквально нависая над нами.
- Разрешите присесть к вам? – с улыбкой на измазанном кровью лице спросил де-кон.

Какое-то время я молчал, набрав воды в рот. Не в переносном смысле, я и правда набрал воды в рот прямо перед репликой де-кона, и никак не решался ее проглотить. Мне казалось, что шумный глоток породит этот звук сглатывания, который часто сопутствует внезапному страху. Мой друг Тойр-Куа и вовсе сполз куда-то под стол, и только широко раскрытые глаза торчали над столешницей. Наконец, я кивнул, и окровавленный «герой», еще раз улыбнувшись, плюхнулся на стул напротив меня.
Воспользовавшись этим звуком, я всё же проглотил воду, которая уже наполовину была слюной. Надо что-то сказать: молчание во всём трактире стояло мертвецкое. Только старый Нук со скрипом протирал стаканы за стойкой, словно ничего не происходило.

- Я прошу прощения за то, что прервал вашу беседу, - продолжил де-кон, сделав знак Нуку, -но тут всё занято…
- Д-да. – выдавил я. Хотелось добавить, что здесь неожиданно много посетителей именно благодаря тому, что тот разнес трактир «Седьмая ша и пьяный монт» - гораздо более популярный в обычное время. Но благоразумно оставил эту реплику при себе.

- Вы, наверное, задаетесь вопросом, почему я в крови. – хмуро добавил де-кон, и тут же с улыбкой повернулся к подошедшему Нуку. – Любезный, я бы хотел отобедать чем-то из ваших фирменных блюд и выпить кружку-другую неччи.
Он достал из нагрудного кармана пару звонких монет и передал бармену. Тот, не говоря ни слова, ушел в сторону кухни.
- Так вот, я снова прошу прощения, на этот раз за свой облик. Дело в том, что мне встретился один из магопротивных матил-конов. – гость поморщился, - Это его кровь. – добавил он со вздохом.
- Мы видели. – пискнул из-под стола Тойр-Куа.
- Ох. – снова сморщился де-кон. – И в третий раз прошу прощения за то, что вы стали свидетелями подобного. Магосуть ведает, не хотел я этой драки, но…

- Почему же тогда… - начал спрашивать я, и тут же заткнул себе рот рукой. Ленвар, что ты творишь? Этот де-кон победил уличного бойца, да и вообще он тебя на две головы выше. Куда ты лезешь?
- Почему же тогда я напал на него? – закончил мой вопрос де-кон с удивленным выражением на лице. – Потому что он – матил-кон.
Ответ был настолько же очевиден, насколько и бесполезен. Но развивать тему не хотелось. Надо ее срочно сменить.

- Вы куда-то путешествуете? Я не видел вас в этих местах ранее. – мне показалось, что это будет самой безопасной темой.
- Да, именно. Я из Варно, и магосуть ведет меня к местам предков в Кимбрию. – ответил де-кон, бросив нетерпеливый взгляд на Нука, вернувшегося к своему занятию с посудой.
- Далекий путь. – небрежно заметил я. Кажется, пронесло.
- И не говорите. Но у меня миссия от де-кон-клава. Нужно изучить мощи Кимдевара, которые издавна хранятся в магостыре Праза. У меня с собой новые заклинания. – с торжественным видом тихо произнес де-кон.

- Я что-то слышал про легендарного основателя Кимбрии. – Тойр-Куа вылез из-под стола. Видимо, и его инстинкты успокоились. В зале постепенно оживали замершие ранее компании. – Но мне казалось, что его имя Кимматвар.
Де-кон своим огромным кулаком ударил по столу так, что таверна снова погрузилась в тишину, а мой стакан подскочил в воздух.
- Не был он матил-коном! Не был! И я это докажу! – прокричал де-кон и тут же нацепил на лицо виноватую улыбку. – Не хотел напугать вас. В четвертый раз прошу прощения.

Точно, «мат» в середине имени использовали матил-коны. Интересно, неужто каждое из их состомагий считает этого Ким-что-то-там-вара своим предком?
- Уважаемый, мы тоже не хотели оскорбить тебя в магосутиевых чувствах. – поспешно, но негромко сказал я. – Мы не разбираемся в этой ереси от матил-конов, могли и перепутать. Лично я был бы благодарен тебе, если бы ты научил нас, как отличать правду от лжи.

- Как же он смог победить Синматрога… - услышал я реплику одноглазого ленга. Вот черномагость! Что же он творит? И это в то время, как я всеми силами усмиряю буйный нрав де-кона! Мельком брошенный на последнего взгляд подтвердил, что тот тоже услышал эти слова.
- Уважаемый, - обращаясь к ленгу без всякого пафоса, произнес де-кон, - я победил Синматрога потому, что он, как и всё его племя – лишь гнусная копия, а вовсе не состомагие.

Подобного я не ожидал, признаюсь честно. Что значит копия? Всем известно, что состомагии есть устойчивые магические формы-состояния, как правило, живые и способные давать потомство. Да, бывает такое, что вследствие возмущения магии бывает так, что родившийся ребенок становится другим. У него иная форма, неустойчивая. Это несчастье для семьи – такой ребенок редко бывает полноценным, может и не выжить, и не найти пары для потомства. Несчастные твари коротают свой век где-то в глуши, если не хотят быть выставленными на потеху публике, хотя некоторые сознательно идут на такое. Я лично видел летающего легга, у которого вместо ног были крылья. Увы, это не стало преимуществом, он просто не мог нормально влететь ни в одно помещение, вползая на руках. Хотя в охоте в дикой природе мог бы опередить любого из нормального состомагия леггов.

Кто-то говорил мне, что иногда магический всплеск приводит к тому, что в какой-то местности происходит череда рождений одинаковых измененных детей, дескать, они и приводят к появлению нового состомагия. Если, конечно, находят свою нишу. До конца в такое я не верю, сам лично подобного не наблюдал. Зачем магосути такое? Мир уже и так переполнен состомагиями, и, кажется, заняты все ниши. Более логично считать, что все мы существуем с зари времен, как проповедуют в магостырях.

А про копию состомагия я даже никогда не слышал. Бред какой-то. Это слово значит ручную работу. Например, художник нарисовал картину, а потом сделал ее копию. А вот чтобы подобное творила магосуть – невероятно.

В то же время де-кон рассуждал о том, что у него есть предок, и, кажется, он говорит не о своем личном предке. Словно тот Кимдевар был предком всех де-конов. Так что же, было время, когда де-конов не было? Значит, слухи правдивы, и магосуть, порой, порождает новые состомагия?

Ох, мои мысли просто носятся туда-сюда, словно это я напился неччи, а не Тойр-Куа.

- Нам осталось недолго, Ленвар. – восторженно произнес Танделог, глядя в окно кареты. – В который раз я благодарю магосуть за то, что ты встретился на моем пути. Как ты легко и просто решаешь все проблемы, я поражен.

Да, это было так. Мне действительно было не очень сложно найти новый транспорт. Тойр-Куа с каким-то неожиданным удовольствием дал нам с де-коном ссуду на это путешествие, и с каким-то ярко выраженным облегчением и счастьем ретировался. В общем, благодаря его деньгам, путешествие прошло быстрее быстрого. Всего несколько дней, и мы въезжали в Ким-го, столицу Кимбрии. На западной окраине, в дымке за мостом, уже угадывалась знаменитая башня магостыря Праза.

- Почему ты вообще захотел пойти со мной? – спросил попутчик.
- Мне стало интересно. – ответил я. Это был честный ответ, хоть и только наполовину. Вторую половину я не произнес вслух. Было бы странно такое сказать, ведь я не понимал это.

Наверное, в третий или четвертый раз в жизни со мной случилось такое… ведение. Словно магосуть пробудилась во мне, направляя мои мысли. В пути я думал, анализировал это состояние. Ведь и правда, мое любопытство, обычно молчащее, вдруг вспыхнуло и нацелилось на историю де-конов и матил-конов. Тогда, на улице и в «Таверне Нука», я просто упал в это состояние, не свойственное моей магонатуре, а теперь задавался вопросом: почему?

В первый раз подобное произошло в детстве, когда я потерялся. Я был совсем ребенком, и что-то повело меня в чащу. Дней пять я шатался среди одинаковых толстых стволов, продирался сквозь бурелом и вышел к городу. Свою семью больше так и не видел, но за время своего «вояжа» как-то решил, что мне они и не нужны. Странно? О да. В памяти остались глаза матери и грубая речь отца. И всё. Никаких нежных чувств, никакого желания их отыскать. Однако в городе я нашел Тойр-Куа, и тот стал моим другом, накормив меня и приведя к себе в дом.

Потом еще пару раз что-то вело меня, и я находил выгодную работу, всегда как-то невероятно. Это давало надежду, что магосуть почему-то решает за меня, а ей лучше знать, как правильнее поступить. И вот в таверне она вновь решила. «Уважаемый де-кон, а возможно ли стать твоим компаньоном в этой миссии?» - спросил я тогда, сам не понимая, зачем, сгорая и от страха перед бело-розовым великаном и от любопытства. О, как резко свалился под стол Тойр-Куа в этот момент!
- Приехали! – раздался крик возницы. – Дальше хода нет, пешком только, госпомаги!
Танделог выскочил из экипажа первым, я выбрался следом. Ох, я отправился в путь совсем без вещей. Только сейчас осознал этот нелепый факт.

Солнце вставало над городом, рассеивая туман за рекой. Величественная башня обнажалась и ярко сверкала. Дальше, к мосту, и правда проезда не было: пост служителей магостыря недвусмысленно намекал на это.
- Странно, что они – не де-коны. – пробормотал мой спутник.
А мне вот подумалось, что, слава магосути, здесь нам не встретились матил-коны. Семья барров стояла у поста, всем своим видом показывая отрешение.

Танделог, который был на две головы выше их, величественно подошел к посту, громко выстукивая по каменной кладке парой каблуков своих новых сапог, купленных нами в пути.
- Де-конам входа в магостырь нет. – внезапно резко сообщил ему молодой барр.

О нет. Мой спутник начал багроветь.

- Постой, Танделог! – я поспешил к посту, на ходу расплачиваясь с возницей. – Помолчи, дай мне слово.
Де-кон как-то растерялся и сник. Я понимал его: он, облеченный миссией де-кон-клава, проделал долгий путь, прибыл в магостырь, где хранятся мощи его предка, и столкнулся с непонятной, невероятной преградой.

- Успокойся. – я аккуратно коснулся его руки, отчего Танделог вздрогнул, и вышел вперед.
Барры равнодушно смотрели на нас. О, магосуть! Я только что спас их от гнева великана, которому не составило бы труда раскидать всех, кто встал бы на его пути, а они спокойны, словно отогнали базарную нищенку.

- Меня зовут Ленвар, а моего попутчика – Танделог. – сообщил я, глядя в глаза молодому. Теперь ждем.
Молодой посмотрел на каждого из членов семьи, те потерлись о него руками. Де-кон нервно хрустел суставами в челюсти. Наконец, молодой кивнул мне.
- Я-мы Носс. – представил он семью. – Ленвар может пройти. Танделог – нет.

Я снова схватил за руку де-кона, который уже было дернулся.
- Объясни. – попросил я, хотя мой просящий тон был направлен скорее к попутчику, нежели к постовому.

Снова короткая интерлюдия с потираниями и кивками.
- Место мира. Де-коны, матил-коны, обе семьи, они не хотят мира. – сообщил молодой. Да, они почему-то называли состомагия семьями, словно в их словаре не было иного слова для группы лиц.
- Танделог прибыл с миссией от де-кон-клава. – продолжил я, - Он проделал длинный путь, чтобы поклониться мощам Кимдевара. Он не хочет боя, он хочет мира.
Говоря это, я так сильно сжал обманчиво нежную плоть руки громилы, что тот скрипнул зубами. Да-да, де-кон! Я пытаюсь выторговать тебе вход, чтобы ты мог завершить свое дело.

С баррами надо быть терпеливыми. У них нет личного, только семейное единогласное решение. В этот раз они заставили нервничать и меня – так долго толкались, терлись, кивали, снова толкались.
- Если мы пропустим де-кона, то навлечем гнев матил-конов. – жалобно проскулил молодой, - Матил-коны придут и тоже потребуют вход. Другие де-коны придут и потребуют вход. В магостыре начнется война. Бой. Кимвар завещал мир.

Кимвар? Они специально так называют основателя Кимбрии? Так, чтобы ни одно из состомагий, или же копий - кто там кем является и черномагосуть не разберется - не могли придраться?

- Я гарантирую, что будет мир, как завещал Кимвар. – выдал я и ужаснулся. Это был мой голос, его произнес мой рот, но говорил не я.

Тишина. Барры не моргая глядели на меня, а потом так же не моргая отошли в сторону.

Магостырь был тихим, пустынным и торжественным: факелы освещали длинные каменные коридоры, по которым, казалось, никто давно не ходил. Де-кон вышагивал тихо, словно боясь гулким эхом своих шагов нарушить стоящую тишину.

Никто нас не встретил. Да и вообще, казалось, никого внутри не было.
- Ты знаешь, где усыпальница? – спросил я спутника. Тот пожал плечами. И правда, откуда ему знать, если де-конов сюда никогда не впускали.

Двери келий или кабинетов. Ответвления. Казалось, мы то поднимались вверх, то спускались вниз, под землю.

Впереди забрежжил дневной свет. Значит, мы не под землей. Уже хорошо. Я шагнул сквозь низкий проем, в котором идущий впереди Танделог вынужден был пригнуться, и остановился. Мы вышли в круглый зал, который сверху через стеклянную крышу заливали лучи солнца. Стены были украшены причудливой резьбой по камню, а в центре располагался саркофаг. Так вот ты какая, усыпальница Кимдевара.

Возле саркофага стоял… я не мог понять, кто. Две ноги, две руки – распространенная комбинация, но состомагия служителя мне было неизвестно.
- Зачем ты здесь? – повернувшись к нам, спросил служитель низким бархатным голосом.
- Я с миссией от… - начал Танделог, поклонившись, но служитель словно отмахнулся от его слов.

- Не ты. – сказал он. Я нервно сглотнул. Де-кон повернулся ко мне и с удивлением посмотрел в мое лицо. Да я и сам был удивлен.
- Я просто сопровождаю Танделога. – нерешительно произнес я.
- Ложь. – ответил служитель. Де-кон вздрогнул.

Кажется, что зеленые большие глаза служителя видели меня насквозь.
- Мне кажется, меня привела магосуть. – признался я, - Но не знаю, зачем.
- Это правда. – согласился служитель.

Возникла неловкая пауза. Танделог переминался с ноги на ногу, потом достал из-за пазухи бумаги.
- У меня миссия… - снова заговорил он, но служитель всё еще смотрел только на меня, и де-кон вновь прервался.
- Твое имя? – спросил меня служитель.
- Ленвар. – ответил я.
Глаза, казалось, на миг вспыхнули, и служитель склонился.
- Мы ждали тебя. – произнес он, глядя в пол.

Мне хотелось провалиться сквозь этот самый пол. Что-то странное происходило здесь и сейчас, что-то такое, в чем я не хотел участвовать.

Кажется, меня отпустило: и мое любопытство и магосуть покинули мое тело, я вновь был обычным Ленваром, которому больше всего хотелось попасть домой и дальше избегать подобных «приключений».

- Может мой спутник выполнить свою миссию? – решился спросить я.
- Он хочет доказать, что Кимвар был Кимдеваром? – с легким смешком в голосе произнес служитель, поднимая взгляд. Я кивнул. Вопрос был задан так, словно служитель точно знал ответ, и этот ответ Танделогу не понравится. – Пусть читает свое заклинание.

Мой спутник развернул бумагу и подошел к саркофагу. Начал что-то бормотать.
На миг мне показалось, что солнечный свет поблек, тени заструились по залу, вспышки белого и черного света окутывали гробницу. А потом…

- Задавай вопрос, Танделог. – прогремел голос, раздающийся будто бы отовсюду. Неужели это голос Кимдевара?
- О великий прародитель Кимдевар! – взмолился взмокший от волнения де-кон, - Дай же мне знать правду! Были ли мы, де-коны, твоими потомками?
- Несомненно. – ответил голос, и де-кон облегченно вздохнул.
- А являются ли мерзкие матил-коны копиями? – вновь спросил он.
- Столь же несомненно. – спокойно продолжал голос.

- Так как мне доказать всем… - уже радостным голосом запел де-кон, но был прерван, в этот раз не служителем, а голосом Кимдевара.
- Подожди, Танделог. Ты не задал другие два вопроса.
Я вздрогнул. Кажется, я понял, что это за вопросы. Вопросы, которые совсем не могли прийти в голову моему спутнику.
- Ты не спросил, являются ли матил-коны моими потомками, и являются ли де-коны копиями.

Тихий испуганный вой де-кона.
- Ответь на эти вопросы, Кимвар. – попросил я, вновь ощущая, что это не мои слова.
- Да и да, Ленвар.

Тишина, лишь черно-белые всполохи света, окутывающие гробницу. Лишь упавший на колени с недоуменным взглядом де-кон. Лишь служитель, с улыбкой глядящий на меня.
- Как… как такое возможно? – умоляюще протянул Танделог. – Все мы и потомки, и копии! Это ведь ошибка.
- Ты сомневаешься в словах Кимвара? – строго обратился к нему служитель, и Танделог закрыл глаза. Слезящиеся глаза!

Меня вновь отпускало. Какая-то способность мыслить, действовать возвращалась, оцепенение от присутствия внутри меня магосути пропадало. Но и страха больше не было. Я пришел сюда за разгадкой, и получил еще большую загадку.

Стоп. А ведь Кимвар знал мое имя, и служитель говорил мне, что меня тут ждали. Но меня ли? Или же ждали саму магосуть, для которой я выступил лишь проводником?
- Почему ты сказал, что вы ждали меня? – этот вопрос уже был мой. Не из любопытства, просто это я никак не мог оставить без ответа.

Служитель вновь повернулся ко мне, потом подошел ближе.
- Скажи мне, Ленвар… - он взял меня за руки, - Из какого ты состомагия?
Что за чушь? Ну конечно же…

Я почувствовал, как трясусь. О магосуть! Да не может быть! Мне… даже не знаю сколько мне лет, может, тридцать, может, тридцать три, но за эти годы я и правда ни разу не думал о своем состомагии!

Да как я мог жить в мире, не зная этого?! У меня же есть друзья, соседи, работа! Да вот недавно я с Тойр-Куа говорил о других состомагиях! Но ни я, ни он не упомянули мое!..

- Ты не знаешь, и только сейчас понял это. – улыбнулся служитель.
Я застучал зубами. Не. Может. Быть. Хотелось биться головой о стену.
- Ты всем нравишься, Ленвар. Тебя все принимали за своего. Всю жизнь. И магосуть вела тебя, чтобы ты оказался здесь тогда, когда сюда пришел Танделог.

- Я… кто? – писком выдавил я вопрос, оглядывая свои руки – так похожие на руки де-кона, на руки Тойр-Куа, на руки служителя.
- С древних времен магосуть порождала Варов. Редко. Вары обладают уникальными способностями и прямой связью с магосутью. Они подстраиваются под любые обстоятельства, находят любые решения, управляют другими состомагиями и могут творить новые. Ты – Вар, Ленвар.
- Как и я. – прогремел голос Кимвара.

Я стоял и старался осознать всё это. Казалось, что внутри меня всё разрывалось от объема информации, которая всплывала в сознании словно ниоткуда. Голова гудела так, что я чудом сохранял равновесие.

- Почему я не знал? – этот вопрос возник и долго зудел среди моих мыслей. Пришлось задать. Не знаю, кого я вопрошал: служителя магостыря, духа Кимвара или же саму Магосуть.
Со вздохом начал отвечать служитель:
- Потому что если вар с детства знает свою суть, то может начать пользоваться ею в корыстных целях. Вар может покорить страну, может захватить любую власть, нажить несметные богатства. Магосути не нужно этого, она не для того порождает варов. Юный вар покидает семью, которая и не знает, кто именно в ней родился – родители не задавались этим вопросом, как и он сам. Вары могут родиться в любом состомагии, даже у барров. Но у них свой путь. Твой привел тебя сюда.
- Уже сотни лет не было варов. – подхватил дух Кимвара. – Я был последним, но моя ошибка привела к войне.

- Ошибка в том, что ты создал и де-конов, и матил-конов? – спросил Танделог. О, бедняга, как же ты смог сохранить логику в этом калейдоскопе невероятного?
- Не создал. Породил. Скопировав с себя. Новое единое состомагие, случайно разделенное на две устойчивые ветви. Это ошибка. – мне показалось, что в голосе Кимвара сквозила грусть.
- И теперь нужно исправить ошибку, уничтожив одну из ветвей? – подытожил де-кон. Я сжал кулаки. Если это та миссия, которую они хотят поручить мне, то пусть даже магосуть силой тянет меня – я не готов.

- Что ты, потомок мой! Наоборот. Никакого уничтожения. Состомагия уже существуют: живые де-коны и матил-коны, никто не должен погибнуть.
- Тогда что?! – завопил я, - Что я должен сделать? И почему я здесь именно сейчас?
- Ты здесь, потому что магосуть напряжена. Два состомагия получились устойчивыми и несмешиваемыми. Де-коны и матил-коны не могут иметь общих потомков. Никак. Я этого не понял, не успел. Это была не моя миссия, я должен был успокоить барров, которые были слишком импульсивными. Они захватывали земли, уничтожали другие состомагия. Я покорил их страну Баррию, сделав из нее Кимбаррию, а теперь название сократилось до Кимбрии. Я вмешался в их состомагие, сделал их решения коллективными. Почти всю жизнь я посвятил этой задаче, а де-конов и матил-конов, или же белых и черных людей на языке барров, я породил уже в глубокой старости. Ты, Ленвар, должен закончить мой труд, освободить магосуть.

Я стоял, ошеломленный и ничего не понимал. Барры? Импульсивные? Белые и черные люди? Что это значит? Все мы – люди, просто разных состомагий. И…
- И почему сейчас? – тихо пробормотал я.
- Потому что нужно было, чтобы Танделог вызвал Кимвара именно в твоем присутствии, а ты должен был оказаться рядом с гробницей, когда у него будет заклинание. – ответил служитель.

Внезапно всполохи света исчезли, солнце вновь озаряло зал. Я упал на пол.

- Я вернусь к своим. – сказал Танделог. – Что мне им сказать?
- Скажи им, что пришел наследник Кимвара, которого доблестные де-коны знают под именем Кимдевар. – ответил я.
- Мне не поверят. Будет много разговоров о войне. – тихо произнес де-кон.

Мы стояли у моста. Уже несколько дней я читал книги в библиотеке, общаясь с Итид’о из состомагия кайя – ученых и библиотекарей, который и был тем самым старшим служителем в магостыре. Я читал, а мне помогали, но…
- Я не знаю, как быстро я решу задачу. Может, уйдут годы. Магосуть поможет мне в этом, но если кто-то не верит – он может прийти сюда и задать мне вопрос сам. А если кто-то начнет войну, то я приду. И зачинщикам не поздоровится.

При последних моих словах тьма сгустилась над мостом, прогремел гром.
- Не поздоровится. – согласился де-кон.

Какое-то время мы стояли молча, ожидая, пока подъедет экипаж.
- Я рад, что встретил тебя. – сказал на прощание «белый человек», открывая дверь экипажа. – Я искал другое, но, кажется, нашел больше, чем искал.

Я понимал, что он не мог не встретить меня. Меня к нему вела магосуть. Ах, память моя дырявая, чуть не забыл!
- Вот, возьми сверток, передай его Тойр-Куа. Здесь долг и подарок. – я вручил пакет де-кону, потом отвернулся и пошел в свой новый дом.

Шуршание лап и стук колес, и экипаж тронулся. Я не смотрел. Этот де-кон не успел стать моим другом. И не надо. Мои друзья любят меня не за то, какой я есть, а лишь потому, что магосуть заставляет их.

Вокруг простирались зеленые земли Кимбрии, неспешно несла свои воды река, устремляясь к дальним морям. Я – вар, и у вара не может быть друзей. Я сжал кулаки и посмотрел на солнце.
- Когда-нибудь, магосуть, когда я исправлю проблему с «людьми», я займусь и варами. Ты создала меня одиноким, но всесильным. Ты сама дала мне эту силу, и я использую ее для того, чтобы ее же и уничтожить.

Я пошел к башне, а в голове зудела мысль: а что, если это и есть моя миссия? И есть то, ради чего я здесь? Но, кажется, я никогда этого не узнаю.