Дело в том, что у каждого нашего изобретения есть фундамент, на который оно опирается. Это как сложное дерево предков. Вы знаете, что десять поколений назад у каждого из нас было больше тысячи предков, а двадцать поколений – миллион предков. Всего условные четыреста лет. Также и с технологиями. Чем их больше, тем более вероятна новая, и она будет сложнее предыдущих, ведь чтобы ее понять, человеку требуется понять и всё дерево, к ней приводящее. Зачастую мы просто начинаем «верить» в технологии, основная масса людей пользуется техникой, совершенно не понимая, как именно она работает. Даже двигатель внутреннего сгорания в состоянии понять до конца единицы, чего уж говорить про процессоры или то, как именно, например, работают современные нейросети. Люди верят в то, что технология работает, и опираются на нее, как на аксиому. Это абстрагирование от доказательства всей цепочки помогает нам жить и помогает изобретать дальше. Так что вопрос не в «достаточно развитой» технологии, скорее дело в технологии новой. Если человек заснет лет на десять-двадцать, то, проснувшись, он будет ощущать себя в мире магическом. Но только потому, что он еще не успел во всё это поверить, так что он быстро освоится.

Касательно падения нашего интеллектуального уровня – есть такое мнение, да. Но дело скорее не в развитии технологий – мы просто стали меньше зависеть от интеллекта. Единицы его используют, порой и больше, чем в средневековье, но основная масса населения научилась встраиваться в эффективную систему, позволяющую им неплохо существовать без развития мозга, по сути, без использования его высших функций. Древний человек должен был в лесу придумать, как развести огонь, как избежать встречи с волками, как добыть пропитание. Мы же просто смотрим на GPS навигатор, и выходим из леса туда, где нам комфортно и все блага к нашим услугам. Из-за этого развитый интеллект перестает быть фактором естественного отбора, и люди, которые в древности погибли бы, сейчас благополучно оставляют потомство.

Про цифровую деменцию – есть такое, я даже писал рассказ на эту тему, называется «Дефект». Он есть на моем сайте mikemance.ru и в моем телеграм-канале t.me/mikemance. Уж простите за рекламу! Рассказ как раз иллюстрирует опасения от чрезмерной зависимости человека от технологии. Однако, как оптимист, я склонен считать, что люди найдут выход из этого цифрового тупика. Возможно, он будет заключаться в введении дополнительных упражнений, развивающих когнитивные способности, однако, для этого требуется в корне перестроить образовательную модель, которая сейчас идет по совершенно неверному пути – увеличению объема лже-усваиваемой информации в ущерб умению ее добывать и обрабатывать.

В одном из прошлых интервью я напоминал сцену из фильма «Человек с бульвара Капуцинов» — стрельбу по нарисованному поезду. Наш мозг устроен так, что не способен отличить ложь от правды, и чем дальше мы идем, тем изощреннее становится ложь. Возможно, именно требование находить отличия, станет тем самым направлением развития нашего мозга. Уже сейчас мы все поголовно сталкиваемся с правдоподобными разводами от мошенников, и те, кто научится их отличать, будут иметь явное конкурентное преимущество, выдерживать естественный отбор. Да и технологии противостояния этой лжи развиваются, хоть и, как всегда, с некоторым отставанием от технологий, эту ложь продюсирующих.

Лично я верю в бесконечную сложность Вселенной, так что истинного «всемогущества» технологии, на мой взгляд, не обретут. Уже сегодня мы «всемогущи» даже для людей столетней давности, у нас есть чудо-лекарства, транспортные средства, решена проблема голода, а уж в сфере обмена информацией мы можем показаться богами. Однако, сам факт отсутствия предела в познании, говорит о том, что мы вечно будем развиваться, и через сто лет наш мир будет мало напоминать современный. Это хорошо для читателей фантастики, потому что им легко поверить в создаваемый писателем мир, и новые миры появляются вслед за очередным технологическим витком, но, в то же время, делает саму работу фантаста слишком быстро устаревающей. Трудно верить в будущее, в котором люди до сих пор читают бумажные газеты, как то описывал Азимов, согласитесь.

Освоение космоса, увы, застопорилось в последние годы. Я это связываю как раз с «лже-эффективной» экономикой – она ориентируется на сиюсекундные потребности толпы, а в их перечень не входит освоение Марса или других звезд, поэтому инженеры работают над новыми версиями телефонов и созданием в них камер, которые и так снимают с поистине избыточным разрешением. Однако, будущее всё равно придет. И в нем будут и генная инженерия, и искусственный разум, и космическая экспансия. Столкнемся ли мы с братьями в космосе? Не знаю. Но хочется верить, что мы не одиноки.

В ближайшую сотню лет я прогнозирую колонизацию части планет Солнечной системы – Марса, спутников Юпитера, и, может быть, Сатурна. Луны, само собой. Это не будут независимые поселения, еще слишком рано для подобного, но они – непременный шаг на пути в Большой Космос. Думаю, мы научимся сильно продлевать жизнь, возможно до двухсот лет. Вероятно, многие из живущих сегодня читателей этого интервью, доживут до этого времени. Про суперцивилизацию – она уже формируется, это этап, следующий за неудачей глобализационного процесса «одна планета – одна цивилизация». В какой-то степени, суперцивилизация – результат поиска решений по совместному выживанию культур, без поглощения одной других. Это надсоциальный процесс, который столь же отличается от цивилизационного, как тот, в свою очередь, отличается от семейно-племенного.

Деньги есть лишь символ, в который мы верим. Они являются фактором удобного обмена нашего времени и экспертизы на нужные нам товары и услуги. Однако, они не вечны. Что-то останется, но будет ли это деньгами в привычном нам понимании, или некими «кредитами», которые часто описывают фантасты – не знаю. Возможно, это будет эквивалент энергии, если изобретут способ ее удобного накопления и траты без существенных потерь, ведь сегодня подобный «кошелек» слишком неэффективен. Когда-то и бумажные деньги были неудобными – банкам доверия было мало, а хранить бумагу, зарытую в земле – чревато потерями. Импланты банковских чипов – не фантастика. Уже сегодня мы можем платить «улыбкой» и отпечатком пальца.

Что касается других атрибутов нашего бытия, я бы выделил обязательную работу. Думаю, общество идет к некой версии коммунизма, в которой всё больше потребностей будут закрываться за счет автоматизации производства. В итоге, наемная работа исчезнет как класс, как исчезло рабовладение и феодализм. Мы будем «потребителями», а не «производителями», и основой нашей деятельности должно стать творчество и развитие технологий. Само собой, люди будут больше учиться, всю свою жизнь. Возможно, для этого потребуется модифицировать нашу лимбическую систему, создав в ней факторы, продюсирующие эйфорию от познания и творения. Они и сейчас есть, но сильно отстают от факторов «владения», «значимости» и прочих первичных инстинктов – сексуального влечения, потребления еды и всяких химических веществ, как разрешенных, так и запрещенных. Многие считают, что человек перестанет быть человеком в таком случае. Лично я думаю, что человек гораздо гибче, чем мы предполагаем. В конце концов, десять тысяч лет назад быть человеком значило бегать с копьем по лесам и ловить кабанов. Может и тогда были люди, которые ворчали над идеями сажать зерно, ведь это значило «перестать быть человеком».

В фантастике, увы, привычки «застывают» на уровне писателя. Это очень сложно – создать модель общества, которая будет соответствовать описываемой реальности. А еще это сложно продать, ведь читатель, или зритель, не поверит в человека, столь отличного от него самого. Поэтому проще «закидывать» в будущее вполне современного человека с его привычками и пороками. Как повсеместное курение сигар в книгах середины двадцатого века. Это давно стало вымирающей привычкой, но тогда американскому читателю было бы трудно представить успешного человека, который не сидит в кабинете с сигарой, закинув ноги на стол.

В реальном же мире мы очень быстро меняемся. Хотя бы стоит посмотреть на то, как мы проверяем информацию. Тридцать лет назад человек спрашивал всех знакомых, чтобы уточнить, так ли это. Десять лет назад он «гуглил», а сейчас он бежит к нейросети за советом по любому поводу. Кто-то недавно заметил, что исчезает культура спора во время дружеской встречи – теперь любой факт легко и мгновенно проверяется. Кроме того, мы в целом стали меньше встречаться – коммуникации позволяют общаться удаленно, это экономит нам время. Время из-за этого стало дороже, жизнь стала более сумасшедшей и насыщенной массой событий, и люди стали ее больше ценить. Это, несомненно, хорошо.

Верить, само собой не нужно. Нужно надеяться на то, что «оживут» добрые и позитивные сценарии, и что мы обойдем варианты негативные. Для этого и нужно их читать, чтобы предостерегать себя от одного и настраивать на поиск другого. Любая книга или фильм, само собой, содержит некоторые допущения, гиперболы. Этим фантастика интересна, ведь в реальном мире цена эксперимента весьма высока. Мы читаем мнение творца и думаем – возможно ли подобное? Если да, то я бы хотел такого? Могу ли я идти в этом направлении, или, напротив, могу ли я убежать от этого как можно дальше?

Подобные гиперболы часто рождают противоречия, читатель их видит и критикует автора. В этом тоже прелесть произведения, ведь оно заставило читателя задуматься. Иногда, кстати, подобная критика полезна и автору, ведь никто не идеален. Чем плохо что-то новое услышать от своих читателей?

Однако, нужно учитывать и то, что ни читатель, ни писатель, не объективны, каждый судит лишь по своему опыту, а он у нас у всех весьма узок. Так что, если вы увидели в тексте или картинке противоречия, это лишь противоречия с вашим личным мироощущением. Возможно, мироощущение и представление автора таковы, и это не случайная оплошность, а осознанный подход. По себе знаю, когда пишешь книгу, некоторые моменты обдумываешь неделями и месяцами, и потом забавно читать что-то вроде «автор совсем не понимает то или это…».

Например, в трилогии я показал, что внутрисоциальное общение иных рас идет по той же модели, что и на Земле. Могло показаться, что я это не продумал, и это противоречит измененной этике и технологическому уровню пришельцев. Однако, на самом деле я даже указал на это в книге. Я объяснил, что социальная эволюция заканчивается вместе с эволюцией цивилизации, как и эволюция вида. А с развитием сверхцивилизации начинается иной уровень – общение надсоциальное. То есть это, конечно же, авторское допущение, с которым читатель вправе не согласиться, но это не случайная оплошность, не противоречие.

Я загорелся идеей книги после прочтения «Темного леса» Лю Цысиня, в котором уважаемый китайский автор предполагает, что Вселенная полна жизни, которая страшно боится контакта, ведь все цивилизации приходят к осознанию конечности ресурса, что, при экспансии, непременно приводит к уничтожению слабейших сильнейшими. Поэтому контакт может стать фатальной ошибкой – ведь ты не знаешь, наткнешься ли ты на того, кто сильнее тебя, или слабее. Я же предположил иное – жизни много, но она не боится. Потому что наши предки не боялись плыть за моря, ставить на кон свою страну и культуру, ввергая их в кровопролитные войны. И факт отсутствия контакта я объяснил тем, что от агрессивных цивилизаций нас защищают те, кто верит в строительство единой Сверхцивилизации и в то, что мы находимся на правильном к ней пути.

В книге я описывал ближайшее будущее, поэтому, если я прав, такой сценарий может ожидать нас за ближайшим поворотом. Мы уже сейчас останавливаем экспансию, рожая всё меньше детей, так что нам попросту не нужна вся Вселенная, мы объективно неспособны ее заселить, так к чему из-за нее воевать? А почему я верю в то, что мы достойны вхождения в подобную структуру? Да просто иначе и жить не стоит, какие уж тут аргументы?

То, что вы описываете, похоже скорее на теорию заговора, чем на миф. Мысли, что земляне уничтожили коренных марсиан, и теперь живут на осколках их цивилизации, конечно будут. Но они будут сродни идеям, что нами правят разумные рептилоиды. Однако, если миф будет добрым, то пусть возникает, может он кого-то заставит задуматься о вечном. А если люди на Марсе будут читать Рэя Брэдбери – тем лучше для людей. Смею мечтать, что и мои книги они тоже смогут там приобрести. Готов заранее пообещать, что все мои книги, проданные напечатанными в книжных магазинах на Марсе, будут без авторского роялти. Мифа это не создаст, но мне будет приятно.

Проблемы, которые я описываю, достаточно понятны. Вот спросите любого – хорошо ли, если такси будут без водителя ездить? Мне, как клиенту, это нравится. Но водитель такси ответит, что это бред, да и не будет рад такому будущему, потому что в этом будущем для него нет места. Придется осваивать новую профессию. Любая новая технология создает возможности для одних и проблемы для других. А если технологии валятся скопом – проблем будет море. Это я и хотел показать.

В США есть такое выражение, «не на моем заднем дворе», оно значит, что мы всегда рады развитию инфраструктуры. Завод? Отлично, это рабочие места. Торговый центр? Супер. Дорога? Великолепно! Школа? Благодарю. Но, будьте так добры, пусть это всё будет недалеко, но только не мешать мне. Не хочу слышать шум дороги из окна, дышать заводским воздухом, иметь рядом парковку магазина или толпу бегающих в школу подростков. Сделайте всё это у соседа, не у меня. Так и новые технологии, мы хотим пользоваться их благами, но ни в коем случае не терять из-за них работу или учиться чему-то новому. Очень хочется получать что-то новое, но всю жизнь заниматься одним и тем же. Это я и показал в книге. Решают и люди, и технологии, но больше всех решает сама цивилизация, поскольку она есть то, что всегда выбирает между тем, куда мы готовы развиваться, а для чего пока что не созрели.

Кто там говорил, что мы изобрели уникальное средство обмена информацией, о котором мечтали поколения ученых, но используем его, присылая друг другу картинки с котиками? Не помню, но фраза отлично характеризует суть вашего вопроса. Люди от технологий получают новые возможности, но, зачастую, используют изначальную идею вовсе не в тех целях, в каких эта технология создавалась. Трудно придумать, что в нас может измениться, ведь для этого нужно эти самые технологии предугадать.

Например, если мы разработаем средство, мотивирующее к познанию, и порождающее от этого кайф, могут появиться «знаниеманы», которые будут учить много и быстро не с целью что-то новое узнать, а с целью исключительно удовольствия. А если мы создадим очень дешевый и мощный источник энергии, навроде рабочего термоядерного реактора, то, вполне вероятно, просто будем бесцельно жечь эту энергию в воздух для подзарядки самокатов на ходу, или плодить криптомайнинг, нагревая атмосферу в попытке выжать последние 0.001 биткоина во вселенной. Чего бы мы не изобрели – это поменяет нашу жизнь, но тот факт, что люди всегда придумают, как извратить изобретение – столь же неоспорим.

Конечно неизбежно. Каждая эпоха развития технологий сталкивает нас с новыми вызовами. И это прекрасно, потому что не дает нам отупеть. Если настанет день, когда человек полностью избавится от рисков, он сможет распрощаться с интеллектом, ведь ему он больше не будет потребен.

Почитайте Толстого или Пушкина. Вам близки эмоции людей, которые вышли из-под их пера? Мне – да. Несмотря на технологическую пропасть, разделяющую меня и Александра Сергеевича, я чувствую духовное родство с каждым его героем. Считайте меня сентиментальным.